Идентификация Борна - Страница 15


К оглавлению

15

— Что-то не так? — забеспокоился Апфель.

— Нет, все прекрасно. Мое имя Борн, Джейсон Борн.

“Как он произнес это? Не слишком ли громко”.

— Моя привилегия знать ваше имя, мистер Борн. Ваша идентификация будет по-прежнему оставаться строго конфиденциальной. Это слово ответственного чиновника Джементшафт Банка.

— Благодарю вас. Теперь вернемся к переводам. Я собираюсь перевести значительные суммы и для этого мне необходима ваша помощь.

— С большим удовольствием готов помочь вам во всех делах. Это моя обязанность.

Борн протянул руку к наполненному стакану.

Стальная дверь за ним закрылась. Через несколько секунд он сможет выйти из комнаты ожидания к секретарю, а оттуда уже пройти к лифту. Через минуту он уже будет идти вдоль Банкофштрассе, имея имя, значительную сумму денег и небольшие опасения перед будущим.

Он сделал все, что хотел. Доктор Джерри Восборн будет вознагражден за жизнь, которую он спас. Телеграфный перевод на сумму порядка трех миллионов швейцарских франков был отправлен в марсельский банк на закодированный счет, который известен лишь доктору из Порт-Нойра. Все, что тому оставалось, это приехать в Марсель и, предъявив номер счета, получить деньги.

Борн улыбался, представляя, как будет выглядеть физиономия Восборна, когда он получит деньги. Он будет вне себя от радости. Эксцентричный, постоянно полупьяный доктор был бы рад и сумме в десять или пятнадцать тысяч франков, а при такой внушительной сумме... Но это будет уже его проблемой.

Второй перевод на сумму в четыре миллиона был отправлен в парижский банк на улице Мадлен на имя Джейсона Ч. Борна. Перевод должен быть осуществлен по специальной почтовой связи, которая осуществлялась дважды в неделю. Герр Кониг заверил его, что все документы поступят в Париж в течение ближайших трех дней.

Последняя передача была менее значительной по сравнению с переводами. Сто тысяч франков в крупных купюрах были доставлены в кабинет Апфеля и переданы владельцу. Остающаяся на депозите сумма составляла свыше трех миллионов швейцарских франков. “Как? Почему? Откуда?” — удивился Борн.

Когда дела уже подходили к концу, секретарь доставил Апфелю небольшой конверт, обрамленный широкой черной полосой.

— Уне фише! — сказал он по-французски.

Банкир открыл конверт, вынул вложенную в него карточку, прочитал ее и вернул все Конигу.

— Процедура должна быть исполнена, — произнес он.

Кониг быстро вышел.

— Это что-то, что касается меня? — поинтересовался Борн.

— Только в случае перемещения таких огромных сумм, — успокаивающе улыбнулся банкир.

Щелкнул автоматический замок. Борн отворил застекленную дверь и вышел во владения Конига. В это же время здесь появились еще два человека, сидящие в противоположных углах помещения. Поскольку дольше они не прошли, то Борн подумал, что их счета значительно меньше. Он полагал, что до этого они заполняли счета и сейчас ждут момента, когда он уйдет.

Угловым зрением он уловил легкое движение. Кониг качнул головой, показывая обоим мужчинам на него. В тот момент, когда дверь лифта открылась, они живо поднялись. Борн повернулся. У мужчины справа он заметил компактную радиостанцию, которую тот вытащил из кармана пальто. Сейчас он что-то говорил в нее — быстро и отрывисто.

Мужчина слева держал правую руку под полой плаща. Когда он вынул ее, то в ней оказался черный автоматический пистолет 38-го калибра с гофрированной трубкой глушителя на стволе. Оба мужчины наступали на Борна, когда он задом входил в лифт.

Сумасшествие началось!

Глава 5

Двери лифта начали закрываться. Человек с радиостанцией был уже внутри, когда плечи его вооруженного напарника возникли между движущихся панелей двери. Его оружие было направлено на Борна.

Джейсон отклонился вправо. Это было мгновенной реакцией на опасность. Затем резко без промедления высоко поднял левую ногу одновременно поворачиваясь. Его пятка врезалась в руку владельца оружия, отбрасывая пистолет и его владельца в пространство холла. Два приглушенных выстрела предшествовали окончательному закрыванию дверей, но пули врезались в деревянную обшивку кабины. Борн закончил свой поворот. Теперь его плечо врезалось в грудь второго человека, правая рука держала его за пояс, а левая в это время вышибала из руки радиостанцию. Он размазал мужчину по стене. Радиостанция отлетела в угол, и из нее слышались слова:

— Генри! Где ты? В лифте?

В воображении Борна возник образ другого француза. Человек находился на грани истерии, он не верил своим глазам. Этот несостоявшийся убийца, исчезнувший в темноте улицы Сарацинов меньше суток назад. Этот человек не тратил время, а отправил телеграмму в Цюрих: тот, как они думали мертв, оказался жив. Даже чересчур жив. “Немедленно его уничтожить!” — таков был приказ.

Теперь Борн держал “радиста” перед собой, сжимая левой рукой его горло, а правой выворачивая его ухо.

— Сколько? — прорычал Борн по-французски. — Сколько вас там внизу? Где они?

— Отойди прочь, ублюдок!

Лифт был на полпути к холлу. Физиономия человека была перекошена, когда Борн принялся вырывать его ухо, одновременно стукая его головой о стенку кабины. Мужчина застонал и опустился на пол. Борн протаранил коленом его грудь, ощутив при этом наличие плечевой кобуры. Он рванул пальто незнакомца и выхватил короткоствольный пистолет. В какой-то момент ему показалось, что кто-то пытается остановить лифт. Кониг! Он должен был это помнить. Не оставалось никаких сомнений, что Кониг участвовал в этом деле.

15